Татьяна Ившина: "Шанса ошибаться у нас уже нет..."

В день открытия выставок проекта "Прислонись к Прислонихе" советник губернатора Ульяновской области исполнительный директор программы "Ульяновск – культурная столица Содружества" Татьяна Ившина дала интервью Kamarecords.ru.

– Татьяна Александровна, первый вопрос традиционен­ – ваши личные впечатления от увиденного на выставке, посвященной Прислонихе?

– Мы рассматриваем эти две выставки ("Актуальная этнография" и проект "Прислонись к Прислонихе" – авт.) как части одного целого. С одной стороны, это отголосок того, что Александр Юминов сделал в Ижевске, то есть это тема, касающаяся вроде бы удмуртского села, женщин, бабушек замечательных, их творчества. Но с другой стороны, мы понимаем, что село в Удмуртии, на Вятке, или село в Ульяновской области мало чем отличаются друг от друга. Это в основном то поколение, еще послевоенное – дай бог нам так, в светлом уме и трезвой памяти, дожить до таких лет.

Чем заинтересовали эти проекты? Возьмем этот проект с Прислонихой. Конечно же, мы не хотим, чтобы это село превращалось в приглаженную лубочную картинку, село, которое знаменито, на которое направлено внимание губернатора, властей и так далее. А здесь несколько иной взгляд – другая сторона, наверное, той жизни, которая есть. И эта сторона не отвратительная, она просто другая. Эти лица, эти люди, куклы даже – они часть нашей жизни. Так мы живем, так мы видим мир, так мы выглядим, так мы смотрим друг на друга. Поэтому это было интересно, это было необходимо. А самое главное, наверное… Глубина этого проекта в чем? Все-таки худо ли, бедно ли, но существует  наука, которая собирает фольклор, записывает, даже обрабатывает, выпускаются  какие-то сборники, проходят конференции. И мы понимаем, что то самое нематериальное историко-культурное наследие (да и материальное тоже) с научной точки зрения все-таки выполняет свою основную функцию: собирается, хранится, аккумулируется, записывается. И по большому счету остается мертвым грузом для узкого круга специалистов. Профессор, зав. кафедрой рассказывает своим аспирантам о том, что он сделал, и они продолжают эту работу год за годом. Она увеличивается, может быть, в объемах,  но, к сожалению, это наследие, которое не всегда нам близко и понятно и часто кажется таким архаичным, не становится хотя бы даже на уровне понимания чем-то близким и родным. По крайней мере, большинство из нас себя с этим не ассоциирует – что это мое наследие, моих предков, моих родителей, моих бабушек и дедушек. Мы отстранены от этого наследия. Умом мы понимаем, что это надо хранить, но…

– Мне кажется, это понимание все же приходит к каждому человеку, но с возрастом. Хотелось бы, чтобы это происходило пораньше…

– Так как же сделать так, чтобы человек пришел к этому не в 70 лет, когда уже и силы не те, и возможностей нет, а в раннем возрасте? Как сделать так, чтобы человек почувствовал себя сопричастным с этим и понял, что это не просто нужно, а интересно, в этом можно непосредственно участвовать самому, это касается тебя, твоей семьи, твоих  близких, а не некоего абстрактного народа, частью которого мы будто бы должны являться. И поэтому в рамках нашего конкурса были поддержаны в том числе и такие проекты, которые дают эту возможность, когда человек становится не только и не столько зрителем, сколько участником. И если это в данном проекте получилось, то можно ему поставить "пятерку".

– Так все же получилось?

– Я  думаю, да. По крайней мере, глядя в лица этих людей… Когда я выступала, я смотрела им в глаза, и они кивали, соглашались с тем, что я говорю. И то, что жители Прислонихи сюда приехали, пусть не все, но приняли участие – кто-то, возможно, пересилил свою тревожность и нежелание во что-то непонятное впутываться. Они все-таки сделали какой-то шаг вперед, и за этот шаг, я думаю, мы должны Сашу поблагодарить.

– Обратимся к программе "Культурная столица Содружества". Тем, кто помнит программу "Культурная столица Поволжья" (к сожалению, сегодня не существующую), кажется, что "Культурная столица Содружества" – ее отголосок, некое желание вернуть тот формат, возможно, уже на другом уровне.

– Это совершенно другой формат, это межгосударственная программа и межгосударственный формат независимых  государств. Если кому-то покажется, что это в рамках Советского Союза – то Советского Союза давно нет, государства 20 лет прожили независимо, и заставить что-то сделать независимое государство принудительно невозможно. Поэтому мы с Гомелем отработали эти проекты как пилотные для того, чтобы показать людям, что может дать добровольное участие в межгосударственных культурных программах. К сожалению, на постсоветском пространстве таких общих культурных программ практически нет. Есть фонд поддержки культурного сотрудничества Содружества Независимых Государств,  он содержится на средства всех государств в складчину и очень много делает. Там есть замечательные проекты – "Звезды Содружества", "Сохранение историко-культурного наследия"… Но это больше касается или профессионального, или самодеятельного искусства, хотя фонд  уже подступает и к конкурсу молодых архитекторов… Есть проекты,  связанные с молодыми изобретателями, рационализаторами, с техническим творчеством. Но мы сделали попытку показать, что ресурс культуры гораздо богаче, выше, что это не только  сфера ведомства культуры и отраслевого понимания культуры. Поэтому нам сразу сказали: "Ребята, вы, конечно, работаете на свой интерес, вам интересно продвижение своего региона, но вы имейте в виду, что на вас мы практически демонстрируем какие-то вещи, которые потом будут использоваться  в работе этой межгоспрограммы". Потому что сказать, что за нее единогласное "за" и "ура", мы, к сожалению, пока не можем. Поэтому для нас это определенная ступенька. Мы пожили в программе "Культурная столица Поволжья", причем пожили в 2001-м, 2004-м, 2005-м (Ульяновск был "Культурной столицей Поволжья" в 2001-м году, Димитровград – в 2004-м, в 2005-м города участвовали в сетевом марафоне культурных столиц – авт.). Мы переосмыслили эту программу внутри себя и использовали элементы конкурсности, внешней экспертизы, сотрудничество с европейскими институциями. Здесь все это просто было упаковано в такой красивый проект стран СНГ.  Но о том, что у него есть будущее, заявляли и министры культуры, которые представляли страны СНГ на международном конгрессе. Это значит, что мы не зря поработали.  Мы поработали и на себя, и на Россию, которая инициировала этот проект и сказала: давайте мы на этом пространстве создадим что-нибудь. Центробежные силы закончились, давайте начнем приближаться к центростремительным, объединять то пространство, у которого есть общий язык, общая культура, общее прошлое, общее наследие и, возможно, общее будущее. Поэтому я считаю, что две главные задачи были выполнены. Мы реализовали свою – нам нужно было заявить себя как межгосударственную площадку для проведения таких форумов, и в то же время мы решили задачу, которую перед нами ставили наши руководители – от имени России показать возможный формат такой программы и ее дальнейшие перспективы.

– Поздравляю вас, если на самом деле получилось то, к чему вы стремились. Хотя наверняка были и недостатки…

– Поверьте, свои недостатки мы видим лучше других. Не скажу, что уж очень много чего не получилось. Конечно, обидно, что не все люди, которых мы приглашали, смогли приехать – здесь есть и финансовые вопросы, ведь бюджет программы тоже не безграничен. Какие-то темы, например, вызвали меньший интерес – хотя нам казалось, что тема актуальна, а получалось наоборот… Поэтому мы уже сейчас начинаем подготовку к следующему форуму именно с работы с экспертным сообществом по определению тех тем, которые действительно будут попаданием в "десятку". Шанса ошибаться у нас уже нет. Если за неудачи первого опыта нас еще могли простить, то во второй раз это вряд ли случится.

Беседовала Светлана МАЛЬЦЕВА